Мы сравнительно недавно ездили к Голове, потому что есть такая традиция – посещать Голову в середине каждого времени года. Голова к этому уже привыкла, и если бы мы не приехали, сильно бы расстроилась.
Возможно, уронила бы пару каменных слезинок. Или размазала каменным молчанием размытую чавкающую тропинку. Или оттолкнула пространство тяжёлым взглядом невидящих каменных глаз.
Хотя иногда мне кажется, что ей всё равно.
Среди всей позолоченной красоты петербургских пригородов, овеянной запахом сосисок в тесте и увитой серпантином очередей, есть удивительный уголок, куда не ступала нога престарелого японского туриста, обтянутая белым носком.
Записывайте пароли-явки-адреса, сдаю с потрохами: Старый Петергоф, ж/д станция «Университет», парк «Сергиевка».
Если вы едете на электричке от Балтийского вокзала, то логистика такая. Спускаетесь с платформы и идёте прямо, прямо и прямо по загадочной и, если повезёт, безлюдной дорожке (о да, я мизантроп, о да!). Ваш путь будет окаймлён канавками, за которыми встают деревья, чёрные и мшистые, великовозрастные и широколистные.

Вскоре дорога сделает поворот, и с левой стороны плеснёт озёрной свежестью и прохладным простором. Ещё немного – и за деревьями покажется дворец, белый и старый. Это – ориентир.
Тема такая: у Николая I была дочь Мария, которая вышла за герцога Максимилиана Лейхтенбергского с соответствующей сменой фамилии. Супруги призвали архитектора Штакеншнейдера, он расстарался и за три года состряпал им вот такой славный домик.

Домик строили в стиле «неогрек», с отсылками к античности. Я тут слазил в словарь строительных терминов, вернулся оттуда малость контуженный, но в целом жутко собой довольный, и теперь знаю, что желобки в колоннах именуются каннелюрами. На самом деле у нас в гимназии был целый курс по архитектуре в рамках мировой художественной культуры, но весь этот пласт знаний, конечно, выветрился за невостребованностью. А вот и они, каннелюры и дивные капители:


Мне кажется, здание получилось не очень удобным с точки зрения сохранения тепла: с одной стороны – большая поляна, с другой – обрыв с видом на Финский залив, к тому же окна высокие, а вокруг – большое количество оврагов и ручейков. Что характерно: в спальне Марии Николаевны был сундук для дров! Это им ещё повезло, что в то время коммуналка по-другому рассчитывалась, разорился бы герцог.

Кстати, закончилось у супругов всё не очень хорошо: девушка ещё при живом муже полюбила графа Строганова, а после кончины Максимилиана задумала выйти за него замуж. Но это же явный мезальянс: великая княжна и граф. Священники отказывались венчать тайно, правда, нашёлся потом один, согласился – при условии пожизненной пенсии.
Сейчас в этом прекрасном здании базируется какой-то научный институт, если честно, мне лень уточнять, какой именно, да и не суть.
А перед тем, как отправиться к Голове, пусть будет несколько кадров ни о чём, у меня без них ни одна поездка не получается.

Загадочный переключатель в стене. Назначение оного умозрительным путём выявить не удалось, а нажимать не стал во избежание возможного конца света.


Вот так и у людей бывает: бывает, что переплетаются корнями на всю жизнь. Посмотрите, как берёзка светится. Довольная.



А это местный Стоунхендж. Кое-где ещё сохранились остатки резной кровли. Наверное, когда-то здесь всё цвело, ползло и оплетало, и даже серый свайный скелет выглядел не так уныло под живым ковром.




 
Мох пошёл на взлёт!



Вполне себе эльфийские декорации. Там неподалёку были корни по типу тех, под которыми хоббиты прятались от назгула, но мои габариты не позволили там разместиться, хотя я честно пытался (пользуясь почти полным отсутствием гуляющих).






 
Тоже мостик, только бывший. Нависает над бывшим руслом бывшего ручья.


 
Если встать лицом на север, к заливу, то слева от дворца находится большой-пребольшой овраг. На дне большого-пребольшого оврага, куда можно спуститься по основательно разбитой лестнице, находится мостик, с которого открывается вид на зелёный бархат насквозь отсыревших чёрных валунов.



А с мостика видна та самая Голова, основная достопримечательность парка. Собственно, вот она, смотрит куда-то и молчит:


 
Говорят, было так. В какие-то доисторические времена проходил в этих краях ледник и оставил камушек. Потом были ещё всякие разные тектонические пертурбации, а потом пришёл некий старинный чел, привёл мастера с Петергофской гранильной фабрики и велел ему сделать красиво. Есть легенда о том, что мастер воспроизвёл верхнюю часть лица Петра I, который будто бы крестил его дочь.
Второй сабж связан с Пушкиным, на каждом чихе, шаге и вздохе которого, как известно, выросли целые пласты исследований и домыслов. Так вот, известно, что Александр Сергеич был здесь летом 1818-го (за 193 года до юзера ivanden, что очень символично), очень впечатлился и пошёл писать «Руслана и Людмилу». Не исключено, что Голова из Сергиевки и послужила визуализации образа, но установлено, что оный был позаимствован Пушкиным из сказки про Еруслана Лазаревича.



Ещё есть такая тема, которая опирается на одну стародавнюю публикацию, автор которой ссылается на неких старожилов, которые уверяют, что якобы раньше у Головы был шлем. Может, и был, никаких чётких доказательств обнаружено не было. В пользу этой версии говорит лишь отверстие в каменном носу, сделанное, вероятно, для крепления наносника. Сейчас в этой дырочке есть только дождевая вода и куча мелочи, так что если у вас не будет хватать денег на электричку – имейте в виду.


 
Понятно, что в герцогские угодья пролетариат ходу не имел, так что про Голову широкие народные массы узнали задолго после революции. Я видел заметку, опубликованную где-то в середине 1930-х, автор с восторгом делится своим «открытием».
Напоследок скажу, что упомянутая мной в самом начале традицию визитировать Голову «учредил» Михаил Сапего, основатель творческого объединения «Красный матрос». Суть идеи заключается в том, чтобы приезжать большой весёлой компанией и делиться на группы. По мысли Михаила, приехавшие художники должны рисовать, приехавшие поэты – искать рифмы, а просто хорошие люди – путаться под ногами и фотографироваться.



Идея хорошая, но должного воплощения, к сожалению, не получила, десять человек на последней вылазке – явный незачёт. Будем надеяться, что всё ещё получится. Запомните на будущее, может, там и увидимся: в середине каждого времени года, т.е. 15-го января, апреля, июля и октября, в 14:00, в овраге возле Головы.